8f5d3447     

Суворов Виктор - Выбор



ВЫБОР
Виктор СУВОРОВ
Анонс
Сталинская разведка проводит секретные операции в преддверии Второй мировой войны. Действие романа переносится из Москвы в Мадрид, из Берлина в Париж, из кремлевского кабинета Сталина в изысканный отель на Балеарских островах, с борта советского лесовозана великосветский бал на роскошном средиземноморском курорте...
Посвящаю Клавдии Федоровне и Степану Витальевичу
Пролог.
- Минуту на размышление не даю. Требую мгновенный ответ без размышлений: вопрос - тут же ответ.
- Хорошо.
- Даже не мгновенный: требую, чтобы вы отвечали на мой вопрос, не дослушав его до конца.
- Пусть будет так.
- Вопрос будет не совсем обычным, но я должен услышать ответ еще до того, как успею вопрос полностью высказать.
- Понимаю.
- Мне нужен первый душевный порыв.
- Хорошо.
- Готовы отвечать?
- Готова.
- Итак, вы хотели бы стать королевой Испа...?
- Да, товарищ Сталин.
ГЛАВА 1
1.
Лужи он больше не обходит. Незачем. Ветер давно унес шляпу, а дождь вымочил его до последней пуговицы, до последнего гвоздика в башмаках. Вымочил сквозь плащ и пиджак.

Вымочил так, что носовой платок в кармане - и тот выжимать надо. Хлещет дождь, а он идет сквозь ветер и воду. Он идет всю ночь, весь день и снова ночь.
Вымок он не только сверху вниз от макушки до пояса и ниже, но и снизу вверх - от подошв до пояса и выше. Обходи лужи, не обходи - без разницы. Он идет из темноты в темноту.

Он идет, нахохлившись, голову - в воротник. Отяжелел воротник. Пропитался.

С воротника за пазуху - струйки тоненькие. Если шею к воротнику прижать, то не так холодно получается. Вот он шею и прижимает к воротнику, согревая и ее, и воротник.
Ветру показалось мало одной только шляпы, потому норовит он еще и плащ унести. Терзает ветер сразу со всех четырех сторон. Нездешний ветер.

Скандинавский. С запахом снега. Потому холодно.
Потому зубы стучали-стучали, да и перестали: скулы судорогой свело, не стучат больше зубы.
Дождь тоже не здешний, не берлинский. Длинные перезревшие капли с кристалликами внутри. Капли - не типа бум-бум, а типа ляп-ляп. По черным стеклам домов так и ляпают. А попав под ноги - шелестят капли, похрустывают.

И только пропитав ботинок и отогревшись слегка, в обыкновенную воду те капли превращаются и чавкают в ботинках, как в разношенных насосах: чвак-чвак. Тяжелые, набрякшие штанины облепили ноги. Вода со штанов ручейками - какой в ботинок, какой мимо.

А из мрака на него - страшные глаза: "Рудольф Мессер - чародей".
2.
- Товарищ Холованов, что вам известно о человеке по имени Рудольф Мессер?
- Товарищ Сталин, это всемирно известный иллюзионист и гипнотизер.
- Это я знаю, а кроме меня это знает каждый. Я не желаю слышать от вас то, что знает каждый. Ваша работа - сообщать мне то, что никто не знает, то, что даже мне неизвестно.
- У меня такие сведения есть.
3.
И с другой стены, из темноты, смотрят на вымокшего те же глаза: "Рудольф Мессер - чародей". И с третьей. Со всех стен Берлина чародеевы глаза темноту сверлят.

Афиши в три этажа. Дождь по тем афишам хлещет. Рвет ветер водяные потолки с крыш, дробит их и в глаза чародею бросает, но только глаза магнитные в тусклом свете фонаря смотрят сквозь воду, пронизывая ее.
Вымокший остановился во мраке - струи по лицу, как по афише. Посмотрел себе под ноги, потом решился и глянул в чародеевы очи.
У-у, какие.
4.
- А кто он по национальности, этот самый Рудольф Мессер?
- Он объехал весь свет. В любой стране - свой, везде - дома, любой язык ему родной. Происхождения он - темного. Последн



Назад