8f5d3447     

Стругацкий Аркадий И Борис - Пепел Бикини



ПЕПЕЛ БИКИНИ
Л. ПЕТРОВ, А. СТРУГАЦКИЙ
ТИХИЙ ОКЕАН
Шесть дней бушевал шторм. Шесть дней огромный серо-желтый транспорт, тяжело переваливаясь, лез на водяные холмы, проваливался в водяные пропасти, проползал через водяные стены. Шесть дней волны с гулом и ревом били в скошенные железные скулы корабля.
В небольшом салоне у стола, зарывшись в глубокое кресло, задыхался и слабо охал тучный человек в шелковой полосатой пижаме. Время от времени он проводил пухлой ладонью по влажной от холодного пота лысине, доставал из кармана коробочку и, взяв оттуда белую таблетку, с гримасой клал ее в рот. Другой, высокий, подтянутый и чисто выбритый, блестя многочисленными пуговицами и нашивками, слегка косолапя, ходил из угла в угол.
– Не принимайте это так близко к сердцу, мистер Болл, – сказал он, останавливаясь у иллюминатора и силясь рассмотреть что-нибудь через потоки воды, стекающие по стеклу. – Больше ешьте, больше двигайтесь, старайтесь не думать о качке, и всё пройдет.
– Ешьте, двигайтесь, – простонал толстяк, – подумать страшно... Как это у вас язык поворачивается, капитан? О господи!
Корабль плавно повалился набок. Капитан с усмешкой взглянул на позеленевшее лицо собеседника.
– Что это за пилюли? – спросил он.
– Аэрон, – с трудом отозвался тот, – ф-фу, дьявольщина. Не понимаю, почему они не действуют. В Штатах мне говорили, что это лучшее патентованное средство от морской болезни.
– Пилюли и микстуры – ерунда, – корабль снова дал резкий крен, и капитан торопливо опустился на диван. – Хороший стакан рома или виски и часовая прогулка по мостику, вот что вам нужно, сэр.
Болл брезгливо отмахнулся и полез в карман за аэроном.
– Где мы находимся?
– Примерно на траверзе острова Морелл. Утром пересекли линию смены чисел.
– Оставьте ваши морские термины и скажите по-человечески, сколько мне еще осталось мучиться?
– Дня три, если шторм не утихнет. Впрочем, заметьте, мистер Болл, если шторм не утихнет, мы всё равно не сможем войти в лагуну и будем дрейфовать, пока не наступит затишье. Так что лучше всего вам будет следовать моим советам: ром и прогулка...
– Ну вас к черту! – плачущим голосом закричал Болл. – Идите вы с вашими советами, знаете куда... Есть какая-нибудь надежда на то, что эта болтанка прекратится?
Капитан поднялся и снова заходил по салону.
– Видите ли, сэр, надежда, конечно, есть. Но в это время года Тихий океан всегда неспокоен. Это мой пятнадцатый рейс на Маршаллы, и всегда в ноябре здесь штормы.

Причем вам, можно сказать, повезло. Настоящий моряк никогда не назовет такую качку штормом.
– Тоже мне... Тихий океан называется... О господи, господи! Пятнадцатый рейс!

Убей меня бог, если я когда-либо соглашусь повторить эту поездку! Пятнадцатый... И каждый раз с грузом такой же рабочей скотины, какую везу я?
– Да. Вез туда людей или отвозил домой. Так как насчет рома, мистер Болл?
Толстяк решительно махнул рукой:
– Давайте, черт с вами.
Капитан нажал кнопку звонка, и через несколько минут стюард поставил в специальное гнездо на столе черную бутылку и тарелки с закусками. Болл с отвращением следил, как капитан ловко выбил пробку и наполнил стаканы.
– Выпьем за этих несчастных, мистер Болл. Им сейчас очень плохо. Твиндек не салон. Он много хуже.
Болл закрыл глаза и, давясь и икая, влил в себя обжигающую жидкость.
Капитан был прав. В твиндеке было гораздо хуже, чем в салоне. Слабые желтые лампочки тускло озаряли полуголых, лоснящихся от пота людей, вповалку лежащих на сплошных нарах. Смесь дыма от сотен дешевых сигарет



Назад