8f5d3447     

Стругацкий Аркадий И Борис - Отель У Погибшего Альпиниста



Аркадий Борис Стругацкий
ДЕЛО ОБ УБИЙСТВЕ, или ОТЕЛЬ «У ПОГИБШЕГО АЛЬПИНИСТА»
«Как сообщают, в округе Винги, близ города Мюр, опустился летательный аппарат, из которого вышли желтозеленые человечки о трех ногах и восьми глазах каждый. Падкая на сенсации бульварная пресса поспешила объявить их пришельцами из космоса…»
(Из газет.)
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Я остановил машину, вылез и снял черные очки. Здесь все было именно так, как рассказывал Згут. Отель был двухэтажный, желтый с зеленым, над крыльцом красовалась траурная вывеска: «У ПОГИБШЕГО АЛЬПИНИСТА».

Высокие ноздреватые сугробы по сторонам крыльца были утыканы разноцветными лыжами – я насчитал семь штук, одна была с ботинком. С крыши свисали мутные гофрированные сосульки толщиной с руку.

В крайнее правое окно первого этажа выглянуло чьето бледное лицо, и тут парадная дверь отворилась, и на крыльце появился лысый коренастый человек в рыжем меховом жилете поверх ослепительной нейлоновой рубашки. Тяжелой медлительной поступью он приблизился и остановился передо мною.

У него была грубая красная физиономия и шея борцатяжеловеса. На меня он не смотрел. Его меланхолический взгляд был устремлен кудато в сторону и исполнен печального достоинства.

Несомненно, это был сам Алек Сневар, владелец отеля, долины и Бутылочного Горлышка.
– Там… – произнес он неестественно низким и глухим голосом. – Вон там это произошло. – Он простер указующую руку. В руке был штопор.
– На той вершине…
Я повернулся и, прищурившись, поглядел на сизую, жуткого вида отвесную стену, ограждавшую долину с запада, на бледные языки снега, на иззубренный гребень, четкий, словно нарисованный на сочносиней поверхности неба.
– Лопнул карабин, – все тем же глухим голосом продолжал владелец.
– Двести метров он летел по вертикали вниз, к смерти, и ему не за что было зацепиться на гладком камне. Может быть, он кричал. Никто не слышал его.

Может быть, он молился. Его слышал только Бог. Потом он достиг склона, и мы здесь услышали лавину, рев разбуженного зверя, жадный голодный рев, и земля дрогнула, когда он грянулся об нее вместе с сорока двумя тысячами тонн кристаллического снега…
– Чего ради его туда понесло? – спросил я, разглядывая зловещую стену.
– Позвольте мне погрузиться в прошлое, – проговорил владелец, склонил голову и приложил кулак со штопором к лысому лбу.
Все было совершенно так, как рассказывал Згут. Только вот собаки нигде не было видно, но я заметил множество ее визитных карточек на снегу возле крыльца и вокруг лыж. Я полез в машину и достал корзину с бутылками.
– Привет от инспектора Згута, – сказал я, и владелец тут же вынырнул из прошлого.
– Вот достойный человек! – сказал он с живостью и весьма обыкновенным голосом. – Как он поживает?
– Неплохо, – ответил я, вручая ему корзину.
– Я вижу, он не забыл вечера, которые провел у моего камина.
– Он только о них и говорит, – сказал я и снова повернулся было к машине, но хозяин схватил меня за руку.
– Ни шагу назад! – строго произнес он. – Этим займется Кайса. Кайса! – трубно взревел он.
На крыльцо выскочила собака – великолепный сенбернар, белый с желтыми пятнами, могучее животное ростом с теленка. Как я уже знал, это было все, что осталось от Погибшего Альпиниста, если не считать некоторых мелочей, экспонированных в номеремузее. Я был не прочь посмотреть, как этот кобель с женским именем станет разгружать мой багаж, но хозяин твердой рукой уже направлял меня в дом.
Мы прошли через сумрачный холл, где ощущался теплый запах погасшего камина и тускло отсвеч



Назад